Библиотека
30 декабря 2021 12:06

ЭКЗОТИКА (Озерновские хроники)

Признание в любви

Я люблю эту землю. Прожил здесь, ни много ни мало, двадцать семь лет. Довелось работать на море: матросом на буксирном рейдовом катере, матросом-коком, или, иначе говоря, «кондеем», на МРС-80; был и художником в кинотеатре (старожилы до сих пор помнят мои рисованные многоцветные афиши к кинопремьерам советских лет); фотографом в фотокооперативе в уже перестроечные времена. Люблю людей, живущих здесь – эту особую озерновскую породу. Хотя, как это случается, «всякое бывало»…

Если повернуться лицом на юг, справа окажется Охотское море. А слева – застящие окоём голые горбы тундровых сопок. В редкую для этих мест спокойную погоду солнце зависает над морским простором, и тогда холодная солёная вода становится цвета старого золота, и солнечный свет яростно контурит округлые, большие, в рост человека валуны из чёрного и серого гранита, разбросанные по галечному пляжу. В такие тихие дни на юге рассеивается всегдашняя свинцовая дымка, и как застывшие облака проявляются вершины острова Шумшу.

По прибойной полосе среди валунов рассыпаны камни помельче, но такие же округлые, размером от куриного яйца до футбольного мяча. В шторма волна таскает их взад-вперёд, обкатывая всё глаже, и в воздухе на много километров от прибойной полосы разносится низкий рокочущий гул.

А чуть правее островов Курильской гряды можно рассмотреть правильный конус вулкана Алаид. Увидеть его в хорошую погоду – верная примета, что в ближайшие сутки-двое камчатская погода покажет себя во всей красе. Ураганным восточным ветром.

В 1981-м Алаид, дал, что называется, «копоти»: Утро 29 апреля тогда так и не наступило. Сырая, какая-то душная ночь продлилась до 15 часов местного времени. С неба медленно опускались хлопья, похожие на снег. Слой выпавшего пепла на улицах и в окрестностях достигал 12 сантиметров, а вода из кранов текла серая. Далеко на юге, сквозь мутную черноту, можно было увидеть багровые сполохи и прислушавшись, расслышать тяжёлый, низкий рёв извержения.

Только во второй половине дня завеса вулканических выбросов была разорвана ветрами, и в сплошной черноте на юге ярко заголубел треугольник чистого неба.

Лето в том году было кошмарным: постоянные ветра носили тончайшую пыль, забивая её во в се щели. Спасения от неё не было, хозяйки замучались с уборкой и стиркой.

На обрывистом косогоре угнездилось маячное хозяйство в виде решётчатой башни маяка, металлических антенных шестов на растяжках и генераторной. Здесь мычало и хрюкало подсобное хозяйство маячников, которые все, как на подбор, оказывались мужиками хваткими и разворотливыми. Видимо, народ на эту работу подбирался вполне определённого склада. Ну, например, со способностями к робинзонаде, и не важно, что под боком, стоит только спуститься с холмистого тундрового плоскогорья, расположен посёлок на две тысячи жителей. Они отдельно. И маяк отдельно. И местным властям не подчинён, ибо проходит по военному ведомству.

На заре перестройки решено было произвести глубокую разведку Кошелевского геотермального месторождения, призванного оставить далеко позади действующее Паужетское, где работала единственная на тот момент в России электростанция на подземном тепле. Где «черти кочегарят», как говорят местные. Протянул даже сорокакилометровую трассу (через прибрежную тундру!), проходящую мимо маяка дальше на юг, в сторону мыса Лопатка. Сколько миллиардов тех ещё, доперестроечных рублей вбухали – бог весть. Но экономика скоро рухнула, программу свернули, дорога осталась, а у озерновцев появилась возможность добираться до устьевой поймы так называемой Третьей базы. Раньше там были сезонные летние цеха озерновского рыбокомбината, с бетонными чанами для засолки рыбы и с хозяйственными постройками. Стояли даже жилые дома, карабкались по косогорам огороды, а на отшибе гнездились неизменные спутники любого мало-мальски долговременного человеческого жилья – могилки с деревянными пирамидками и православными крестами. Кстати, бывшие жители этих мест до сих пор не ленятся ходить сюда пешком или ездить на чём бог пошлёт, чтобы высадить в песчаном грунте Третьей базы картошку, клубни которой вырастают ядрёные, как на подбор, и не подверженные болезням.

Добирались до этих мест, конечно, и раньше, до прокладки трассы – но только в редкую сухую погоду. После дождя ни легковушкам, ни мотоциклам ходу на Третью базу не было, дорога превращалась в наполненную водой и жидкой грязью колею.

В сильные отливы море отступает метров на семьдесят-сто, и тогда обнажаются чёрные горбы многотонных валунов, обросших по низу бахромой мидий – крупных, в пол-ладони. За час можно набрать пару вёдер, а при известной сноровке и больше. Гурманы разводят на берегу костерок и на каком-нибудь железном листе поджаривают моллюсков прямо в раковинах. А то и варят в морской воде, если есть в чём. Кто не пробовал, каково это, объяснять бесполезно, ни в одном ресторане вам такую свежую, пахнущую соками океана вкуснятину не подадут. И здесь же, среди валунов, в мелких после отлива солёных лужицах, лежат живые космы ламинарии. Только собирай. Это не та высушенная, выхолощенная травка, которой кормят горожан, усердно её рекламируя. Правда, готовить самостоятельно её мало кто умеет. Здесь ведь секрет в чём? Её нужно отварить в двух водах, чтобы отбить острый запах йода. При второй варке избыток агар-агара в мякоти водоросли свяжет йод и сделает его легкоусваиваемым. Дальше всё зависит от вашей кулинарной фантазии, а если её не хватит, обратитесь к живущим в Озерновском корейцам, и они дадут вам самый квалифицированный совет по поводу готовки этого деликатеса.

Потом, в свой урочный час, море снова наступает на сушу, скрывая камни с обитающей на них живностью, и среди волн начинают мелькать усатые морды нерп и королей этих мест каланов, чудных зверьков с драгоценным мехом. Их главный корм как раз мидии, за которыми каланы ныряют, отрывая от камней цепкими, похожими на ручки ребёнка, передними лапками.ЭКЗОТИКА (Озерновские хроники)

Промышленная добыча моллюска не ведётся потому, что он – главный корм калана (или морской выдры), занесённого в Красную книгу.

Далеко в горах ручьи и речонки, сбегая со склонов, наполнили гигантскую впадину-цирк между спящими вулканами, образовав Курильское озеро – уникальный ландшафтный заповедник-нерестилище эндемичного вида лосося – нерки, или озерновской красной. А вытекает из озера одна-единственная река Озерная. Как Ангара из Байкала. Прорезая горные хребты, змеясь по разломам, река вырывается на простор, образовывая широкую пойму, вдоль которой и расположился посёлок Озерновский и его сосед село Запорожье. А потом Озерная снова сжимается в глубокую стремнину устья и мощной, как из пожарного брандспойта струёй, бьёт в море. Завести рыболовные сейнеры и буксирный катера в это узкое горлышко с непрерывно меняющимся фарватером – высокое искусство. Каждый такой выход, а потом заход сжигает у бравых мореманов немало нервов.

Одним концом, северо-восточным, посёлок упирается в мост через реку, а юго-западным утыкается в проходную рыбоконсервного завода, на территории которого и находится упомянутое устье реки. Скворечники диспетчерской портпункта рыбокомбината и колхоза в упор смотрят на охотский простор и мутно-зелёную струю пресной воды, которая постепенно растворяется в синеве моря.

Добавить комментарий

Belarusian BE Kazakh KK Russian RU Ukrainian UK
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
*
Открытый профиль общедоступен. (это не распространяется на вкладки вашего личного кабинета). Закрытый профиль закрывает все возможности найти или увидеть ваш личный кабинет посторонним. В любой момент, вы сможете изменить этот параметр в настройках личного кабинета.
Генерация пароля
логотип
Рекомендуем

Total Flow

Рекомендуем

Все самое интересное (Статьи)

Рекомендуем

Все самое вкусное (Рецепты)