Библиотека
2 января 2022 20:01

Русско-японское общение может принимать самые причудливые формы

Тонкости лингвистики

Заранее прошу прощения за использование (пусть и завуалированное) обсценной лексики – но попытки заменить произносимое мягкими эвфемизмами только испортило бы повествование. Из песни слов не выкинешь. Поставлю в середине слова многоточие. Как, наверное, делал это описанный в рассказе японец.

На ставном морском неводе работает пара судов. Обычно это два МРС, малых рыболовных сейнера. Один из которых старая калоша «восьмидесятка», а второй – более комфортабельный и размером побольше МРС-150. Или вместо МРС-80 болтается буксирный «жук». Основной задачей экипажей становится переборка нижней дели с борта кунгаса, который движется внутри невода боком, поперёк – таким образом пойманная в ловушку рыба сгоняется к одному из концов ставника, где её ждёт выведенная за борт стрела сейнера с каплёром. И готовая принять улов прорезь, большая лодка с воздушными камерами-карманами вместо бортов, и с сетью вместо днища, в середине полная морской воды.

Рыбка – отборная, не то, что в реке, без брачных пятен на чешуе, с отливом дамасского клинка. На береговые предприятия её, как правило, не сдают, а среди морских приёмщиков такой улов идёт буквально в драку. Кто больше заплатит. Или ещё как заинтересует.

Наша команда пировала второй день. Снабжение в те годы с берега было скудноватым, да ко всему на «восьмидесятках» нет холодильников, поэтому мясо было или в виде тушёнки, или, как во времена каравелл Колумба, в виде солонины. В крайнем случае, если уходили на недельку на шельфовые банки, продуктовый, обитый цинком ящик застилали изнутри полиэтиленом и мясо укладывали вперемешку со льдом. На двое суток свежанины хватало.

Но вчера мы со старпомом совершили полупиратский налёт на плавбазу «Советская Бурятия», где он со своим «большим коллегой» договорился о сдаче рыбы, а я нырнул в холодильные залежи своего коллеги на плавбазе, где разжился ящиком яблок, свежей капустой и зеленью, сублимированными продуктами и мешком картошки. В ожидании следующего косяка команда вольготно расположилась на освободившейся от рыбы прорези, а я, настежь распахнув клинкетную дверь, ухитрялся шуровать угольный камбуз, чистить картошку и пол-уха слушать трёп отдыхающих мореманов.

– Так ты сколько лет уже отучился? И сколько у вас там вообще обучаются? – здоровенный, как антикварный комод Саня Матяш допрашивал маленького японца, студента Токийского университета с факультета славистики. Японец был переводчиком и слез с плавбазы на русский невод из любопытства. Но сейчас, по-моему, уже об этом жалел. Звали его что-то вроде Сэндзюро, но после безуспешных попыток наших выговорить имя назвался Джоном. Наши, из вредности, тут же переиначили Джона в Женю. Японец обречённо согласился.

– Я окончил пятый курс, всего же учатся шесть лет. – отчитался перед Саней японец, старательно выговаривая русские слова. Речь была правильная, почти без акцента. По крайней мере, трудные для японцев звуки «ч», «л» и «щ» у него получались. Команда тем временем отвлеклась, забубнили о своём, густо пересыпая речь непечатным. Женя с интересом прислушался и, потянув из кармана блокнот, что-то быстро записал в него и протянул Матяшу.

– Так правильно будет?

У Сани открылся рот – и тут же захлопнулся.

– За…бался через «е» пишется, а не через «и» – блеснул он грамотностью. – Вот тут…- и он указал, где.

– А что это слово означает?

– Ну… «устал». Хотя не, подожди, скорее так: «Очень сильно устал!». А вот ещё запиши – слышишь, что говорят?

– Нет! – замотал головой японец. – Я такое уже записывал, и профессор меня очень сильно ругал.

Команда лениво поржала и стала подниматься – наш капитан Серёга Выростов* скомандовал переборку невода. У меня же закипал крепчайший бараний бульон, и я остался на камбузе священнодействовать над варевом.

Кунгас медленно, боком, полз внутри ставника, мужики пыхтели, перебирая дель скрюченными пальцами. Женя пыхтел плечом к плечу с остальными. «Бычил», как говорят в команде.

– Не понимаю, – услышал я его голосок. – Почему вы так бедно живёте? Ресурсов столько, сколько нет ни у одной страны. Работать можете так, как никто в мире не способен. Почему?

– Ума не хватает…- пробурчал кто-то.

– Неправда! – запальчиво возразил Женя. По-моему, он не льстил. – С американцами работал, вот те да: кулаки во! – он показал сложенными детскими ладонями, какие у американцев кулаки. – А мозгов – во! – и Женя отмерил что-то на мизинце.

-Ты давай-давай, бычь, как мы. Работай! – Сурово прикрикнул на Женю Матяш. Женя отрицательно помотал головой и сел прямо на палубу настила.

– Не, не могу. За…бался!

Добавить комментарий

Belarusian BE Kazakh KK Russian RU Ukrainian UK
Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
*
Открытый профиль общедоступен. (это не распространяется на вкладки вашего личного кабинета). Закрытый профиль закрывает все возможности найти или увидеть ваш личный кабинет посторонним. В любой момент, вы сможете изменить этот параметр в настройках личного кабинета.
Генерация пароля
логотип
Рекомендуем

Total Flow

Рекомендуем

Все самое интересное (Статьи)

Рекомендуем

Все самое вкусное (Рецепты)